|
|
|
||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Пермский контекст: |
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|||||||||
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
||||||||||
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Коллекция текстов, по ощущению составителя Владимира Киршина, так или иначе проявляющих пермский край провинциальной культуры. Откровенный произвол, крч. <пред. 36 след.> |
|
|
|
||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Что
нового |
|
|
|
|
|
|
|
Что почитать |
|
|
|
|
|
|
|
||||||||||||||||||||||||||||||||||
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
||||||||||||||||||||||||||||||||||||
|
Архив
новостей: 2004,
2005, 2005, 2006, 2007, 2008, 2009
•
30.08.2010 •
03.07.2010 •
26.06.2010 •
18.06.2010 волонтеры
«Дома Пастернака» в Перми •
09.06.2010 •
03.06.2010 Живая литература – здесь программа литчасти. •
01.06.2010 •
16.04.2010 Лауреат конкурса Николай Артюшкин
(Казань) •
16.04.2010 •
25.03.2010 •
20.03.2010 •
10.02.2010 Путешествие
с Доктором Живаго: новая книга
фонда «Юрятин» •
04.02.2010 Презентация
книги стихов Юрия Асланьяна «Печорский тракт» |
|
|
|
* * * Первый
настоящий писатель, с которым я встретился и впоследствии подружился, был
Артем Веселый. Мне очень нравились его книги, и особенно «Россия, кровью
умытая», «Гуляй-Волга» и «Реки огненные». Все меня восхищало в этих книгах –
размах, удаль самого автора и, несомненно, его героев и чеканный, гулкий, как
самый большой колокол, язык. Узнав, что я пишу роман, он сказал: –
Вот это хорошо. Жизнь – штука широкая, о ней писать надо, как молотом по
железу. Или во весь мах против течения. Потом,
когда я учился в Литинституте, он зашел за мной и позвал на именины «к одному
могучему мужику». Оказалось,
это он меня приглашает к самому Василию Каменскому. –
А удобно так, без приглашения? – засомневался я. –
Писателю все удобно, если интересно. Артем
оказался прав: Каменский почему-то очень мне обрадовался. Потом я узнал, что
он просто любит гостей и особенно любит знакомиться с неизвестными ему
людьми. Большая комната казалась тесной, потому что вокруг вдоль всех стен
стояли шкафы, набитые книгами и какими-то бумагами в объемистых папках. Все,
что не помещалось в шкафах, громоздилось почти до потолка на шкафах и выглядывало
из-за шкафов. Каменский собирал все, что относится к литературе. Он и меня
заставил оставить автограф и потом этот листок убрал в стол. Но поговорить
нам не пришлось, так как начали собираться гости, из которых я знал только
одного Юрия Олешу. Мне
еще предстоит написать об этих и последующих встречах с писателями, чем я
сейчас и занят. Перечитывая записи разной давности, я могу заметить, что даже
незначительные замечания, мимолетные фразы кажутся как бы выписанными из книг
– так они неотделимы от личности писателей. Но, сколько я ни искал в их
книгах, этого вскользь сказанного, ничего похожего не обнаружил. Вот,
к примеру, Артем сказал про Хлебникова: –
Он не для чтения, а для восхищения – умеет слово догола раздеть. А
Каменский – про одного, ныне благоденствующего: –
Работает, как полотер: в поте лица наводит глянец… Скука получается
несусветная… Разговаривать
с литераторами – прославленными и малоизвестными – было всегда интересно,
говорили не только о литературе. Чаще всего – о многообразии жизненных
явлений, но поскольку мы литераторы, то все равно разговоры всегда получались
литературными. Литературная
учеба продолжалась. …………(Лев Правдин. Златая цепь) * * * Когда
в глазах замрёт вода, Мы
будем спать в пустом метро И,
задевая провода Пермь, тридцать лет назад …Последний
- четвертый - экзамен. Передо мной сидели, дружелюбно улыбаясь, две среднего
возраста женщины, а я застыл на стуле в нерешительности. Немецкий язык. Казалось бы, это
испытание я должен преодолеть с легкостью. Они уже знали, кто я по
национальности, и теперь, с любопытством вглядывались в мое худое лицо, к
которому приклеилась печальная, уже почти трагическая улыбка, ждали
блестящего монолога. Что я им мог сказать? Да, родился в
немецком селе, до пяти лет не знал русского, а объяснялся на диалекте, на
котором до сих пор в приморских районах Германии и Нидерландов говорят фризы
– языке, в котором причудливо переплелись саксонские, голландские, фламандские
слова. И чтобы понять фриза, берлинцу нужен переводчик. Да, мои родители
иногда разговаривали на том немецком, который распространился по всей
Германии благодаря Мартину Лютеру, вернее, его переводу Библии. Но эту речь я слышал только до одной
страшной даты. Мне едва исполнилось пять, когда отца под вечер по тряской
грунтовой дороге с приступом аппендицита увезли в Кустанай. - Немец? Подождет до утра, -
равнодушно сказал врач. И отец, крепкий мужчина, вернувшийся живым и здоровым
из лагеря после смерти Сталина, так и не смог дождаться первых проблесков
зари. После этого я не хотел говорить ни на
немецком, ни на фризском... …(Геннадий Дик. Завтра экзамен) Пермь, сто лет назад …Испытания начались с детского рёва испуганной Марии,
проснувшейся от ночного гула, поднимающегося с реки, расколотой на множество
осколков. Этот пугающий разлом неизбежно вторгался в тихий, повторяющийся
распорядок провинциальных будней пристроя. В те дни река меняла цвет,
становилась контрастно-синей и упругой, отталкивающей отражения облаков.
Кама независимо оглядывалась на зори и закаты, врезающиеся в ещё не
отошедшие от зимнего застоя небеса. Тогда распахивались окна, царящие над
обрывом. Они улетали к противоположному берегу и растворялись, как льдинки
уходящей зимы, в бесконечной дымке, висевшей над ним. Набережная улица
погружалась в медленный хаос. Стайками собирались люди. Мужчины расстёгивали
меховые воротники, женщины прятали в карманы варежки и без всякого
стеснения глазели на ледоход — показывали пальцами, смеялись, щурились от
солнца, тормошили детей, потеряв учтивость, не особенно раскланивались со
знакомыми и даже не искали их, а дышали, дышали, закрыв глаза и забыв обо
всём. Кстати,
место, на котором разыгрывалось действо, называлось Набережным садом, а в просторечии
именовалось горожанами Козьим загоном — из-за обилия парнокопытных, изрядно
покушавшихся на его флору, что, очевидно, не особенно раздражало поклонников
камского пейзажа. Никак нельзя обойти вниманием тот факт, что однажды его
посетил Государь Император Александр II, судя по воспоминаниям
присутствовавших в тот момент при царственной особе, воскликнувший: «Как
хорошо здесь!» Случилось это в летнее время, когда город и берега над рекой
блаженствовали в зелени незабвенных садов, которыми славилась Пермь. Можно
лишь предположить, что ничто не нарушило торжественных минут, ибо как нежелательные
посетители, так и козы были препровождены по назначению. Гулянье
над рекой ширилось, заполняя собой берег, и докатывалось до единственного
железнодорожного моста, радующего публику своими ажурными очертаниями. Потом
наступало время встречи первых пароходов. Половодье, ещё не спавшее
окончательно, приносило их к пристани в преддверии белых ночей, о наличии
которых в Перми петербуржцы и не предполагали. Пароходы брали с боем, отпихивая
друг друга, работая кулаками, не особенно заботясь о последствиях, чтобы,
совершив насилие, моментально впасть в сантименты,— посидеть, подышать,
покачаться на волнах… …(Бэла Зиф. Дом на Набережной) * * * …То, что родители
потеряли сына, а мы приобрели поэта, дело, наверное, "житейское".
Но то, что душа поэта, исполненная надежды и тоски, нежности и смятения,
все-таки сумела обратиться к нам, обогнув зеркала безнадеги и неверия, это
уже - нечто! Дима Долматов теперь очень далеко от нас. Мы, не умеющие любить
ближнего своего, можем еще попробовать возлюбить своего дальнего. Эта книга
дает нам такой шанс. (Виталий Кальпиди. Предисловие к книге стихов Димы Долматова)
Демон Зарывшись в крылья, мрачно он (Дмитрий Долматов. Цикл стихотворений) |
|
|
|
|
|||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
© Идея, дизайн, составление и редактирование сайта: Владимир Киршин. Е-mail: kir5@front.ru